Книжник.
Сидим мы вдвоем на кухне, и вдруг эта толпа народа...
Чалый, толстенький такой, низенький, мохнатенький меринок, внезапно вообразил себя арабским жеребцом. И решил, что пофигу, что сейчас мы идем шагом к манежу, а я его веду под уздцы - он закинет хвост на спину, гордо приосанится, выгнет шею и будет бежать! Следовательно, я буду его ругать, тормозить, пихать, тащить куда надо и радоваться, что люди придумали такие полезные штуки, как трензели и заездка - потому что в нем кило 500, во мне 55. В итоге-то победа осталась за мною - мы пришли, куда надо, прогулочным шагом, хоть и поиграли по дороге в Аничков мост в динамике.
Была опять нечаянно укушена, снова при попытке запихнуть ему сахар в пасть при похвале за то, что он вообще хоть как-то остановился (все, перехожу на нарезанную соломкой морковку!). Нет, Чалый не таскает - на рыси-шагу его можно повернуть, но трудно остановить, ибо лошадь молодой и плохо воспитан. А вообще в том, что касается направления движения, он очень послушен и легко управляется, гораздо легче, например, коней из смены. Что угодно можно выписать) Вернее, можно было бы, если бы не больное плечо. А в целом конь очень хороший, добронравный, хотя и непоседа вкупе с попрошайкой)

Пегий пони, которого мне очередной раз поручили чистить, в деннике спокойно не стоял, крутился, вертелся, особенно отходил, когда я пыталась почистить темное пятно на передней левой. Плюнув, я решила вывести его на развязки, поставить привязанным в проходе между денниками - когда вернется с манежа смена, тогда и потеснимся. Но выведя из темного денника, я увидела, что у коника просто рана - на белой шерсти передней ноги засохла кровь. О чем я и сообщила начкону.
Начкон (женщина средних лет) пришел, сказал нехорошее слово, принес ножницы, перокись, бинт и какой-то непонятный баллончик и привел с собой конюха с закруткой. Закрутка - закрепленная на твердом основании веревка, которой крепко-накрепко закручивают верхнюю губу лошади и таким образом обеспечивают полную неподвижность коня во время неприятных, но очень нужных ветеринарных процедур. Я подпирала стену ближайшего денника, наблюдая, как начкон состригла шерсть на месте раны, залила перокисью, стерла кровь бинтом и пшикнула из баллончика штукой, которая выглядела как жидкий металл - пузырилась очень активно, пока не застыла серебристой корочкой, и, видимо, затвердела. После чего пони был освобожден от закрутки и отправлен в леваду гулять.